ОПИСАНИЕ НЕМЕЦКИХ ПЕРЕСЕЛЕНЧЕСКИХ ПОСЕЛКОВ В КУЛУНДИНСКОЙ СТЕПИ. 1913 г.

…В пределах исследованной части Кулундинской степи пришлось столкнуться с весьма разнохарактерной, по своему составу, переселенческой массой: в ее среде есть представители разных племен, разных культур, разных психологических типов, из коих каждый по своему создает свое благополучие.
Значительную группу здесь составляют немцы, которые населяют Орловскую, Ново-Романовскую и часть волости Подсосновской. Остальная часть населения этого района представлена малороссами, великороссами и молдаванами из Бессарабской губернии.
Разница в хозяйственном укладе жизни у различных этнографических групп, разница в умении их устраивать свое благополучие поражает своими размерами даже случайного наблюдателя жизни в степи. Надо сказать еще, что эта разница в настоящее время тем более заметна, что в Кулундинской степи мы имеем дело с населением молодым, еще только устраивающимся, что мы присутствуем при начальной стадии процесса созидания хозяйства на новых местах, когда напрягаются все силы, когда призывается на помощь весь запас умения, знаний, труда и бодрости духа, и когда трудолюбие, культурность, предусмотрительность и общественная солидарность приносят, как никогда более, реальные результаты.
Наиболее культурную и зажиточную часть населения Кулундинской степи представляют немцы, особенно, немцы-меннониты, и наименее культурную и жизнеспособную - выходцы из Бессарабской губернии.
Уже самый вид поселков, населенных разными этнографическими группами, говорит, что мы имеем здесь дело с разными уровнями зажиточности и культурности.
В поселках, заселенных немцами, всюду - чистота, прибранность, порядок. Дома светлые, про-сторные - нередко под железными крышами - выведены в одну линию, часто они выкрашены в один цвет; обычно дома отодвинуты в глубину двора сажен на 10 от линии улицы; это место оставлено для будущего фруктового сада: теперь же там разбиты палисадники, засаженные ароматными сортами цветов (табаки, петунии, гвоздики, левкои); и когда проезжаешь по степи темной ночью, то уже по наполняющему воздух аромату цветов, безошибочно угадываешь, что путь лежит через немецкий поселок. Во многих поселках производятся древесные насаждения. Дворы и улицы подметаются и поливаются в засушливое время года ежедневно.
От русских переселенцев, особенно от малороссов, часто приходилось слышать жалобы на бедность местной природы, на отсутствие растительности. Но не многие из них проявляют достаточно активности, чтобы скрасить, хотя вблизи своего жилища, эту природу, чтобы создать хотя иллюзию малороссийской деревни с ее "садочками".
Серо-желтые пластяные и саманные постройки, иногда беленые, с плоскими крышами, с маленькими окнами, представляются издали какими-то крепостными казематами.
Постройки же молдаван поражают своим убожеством, своим полуразрушенным видом из-вне и антигигиенической обстановкой внутри.
Внешнему соответствует и внутреннее содержание жизни.
Почти во всех немецких поселках есть отстроенные на общественный счет школы, во многих - молитвенные дома и хлебозапасные магазины, есть мельницы с нефтяными двигателями. На общественные средства содержатся школьные учителя, фельдшера и повивальные бабки.
У немцев есть институт санитарных попечителей, которые наблюдают за чистотой в поселке, сообщают врачу о появлении острозаразных заболеваний и принимают меры к изолированию домов, где появляются такие заболевания*.
Всюду у немцев, особенно у немцев-меннонитов, мы видели лучший скот, лучшее сено, лучшие урожаи, лучшую пищу. Если обратимся теперь к причинам такой разницы в укладе хозяйственной жизни у менно-нитов и у других переселенцев, то прежде всего следует отметить, что меннониты обеспечены материально значительно в большей степени, нежели прочие группы переселенцев; меннониты на родине имели солидное домообзаводство; но, кроме того, и переселившись в Сибирь, они пользуются правом получения денежных ссуд из капиталов, хранящихся в тех обществах, откуда они вышли. Так, удалось выяснить, что меннониты Кулундинской степи получают ссуды из Таврической губернии, от волостей Гнаденфельдской и Гальбштадской, и из Екатеринославской губернии - от волости Хортицкой.
Из названных волостей Таврической губернии, из фонда для переселенцев, меннониты могут получить беспроцентную ссуду до 450 рублей, сроком на 19 лет; кроме того, из тех же волостей многие переселенцы уже получили в разное время ссуду по 275 рублей на двор, сроком на 5 лет, из 5 % годовых. Последнего рода ссуда выдается им только по приговору целого общества, с заключением нотариального договора.
Из Хортицкой волости Екатеринославской губернии, переселенцы получили по 118 рублей в безвозвратное пособие и с возвратом - по 115 рублей; кроме того, в первый год поселения в Сибири они обычно получают оттуда ссуду в 50 р. на обсеменение с тем, что эту ссуду они должны возвратить своему обществу не деньгами, а хлебом, который будет ссыпаться в хлебозапасный магазин переселенческого же общества в Сибири и должен пойти на нужды его, на случай возможных неурожаев.
Обеспеченность на родине у переселенцев прочих этнографических групп часто стояла ниже, чем у меннонитов. Но, кроме того, для большинства их дает себя чувствовать еще отсутст-вие широкого кредита в Сибири.
Кредита неорганизованного, частного, насколько нам удалось выяснить, почти нигде не существует. Видимо, переселенческая деревня, по крайней мере, в первые годы ее существования, не создает ростовщичества. Во многих поселках приходилось слышать жалобы на то, что денег нельзя достать и под большие проценты. Тем более остро чувствуется отсутствие кредита организованного и доступного всем. Рассчитывать, что он создастся усилиями самих переселенцев, - очень мало оснований, по крайней мере, - в ближайшее после водворения время, когда услуги такого кредита нужнее всего. На протяжении всего исследованного района мы встретили только один случай организованного, на началах взаимопомощи, мелкого кредита, - это Славгородское кредитное товарищество, которое имеет очень узкую сферу действия. Но, просуществовав год, это товарищество прекратило выдачу ссуд, за недостатком средств. В селе Подсосновском, самом старом из всех переселенческих поселков района, только в 1911 году инициативная группа в несколько десятков домохозяев решила образовать кредитное товарищество; их толкнуло на этот путь уже не отсутствие какого бы то ни было кредита в селе, а наоборот, желание отделаться от кредита существующего, принявшего форму ростовщического. За два десятка лет существования поселка в руках наиболее зажиточных крестьян образовались свободные капиталы, которым владельцы их, идя по линии наименьшего сопротивления, нашли применение в ростовщичестве.
Отсутствие доступного кредита в переселенческой деревне тяжелым бременем ложится на психику переселенцев. Нередко приходилось отмечать у них подавленное и угнетенное настроение, которое вызывалось именно сознанием полной беспомощности в случае каких-либо потрясений в хозяйстве, независящих от воли человека. И в этом отношении счастливое исключение представляли немцы-меннониты, у которых есть основание без страха смотреть в будущее, ибо они знают, что в нужде они всегда найдут себе поддержку, если не здесь, то на родине.
А бодрость духа и энергия так нужны переселенцам при созидании новой жизни на новых местах.
Но фактор материальный - в различии хозяйственного уклада жизни у меннонитов и у других переселенцев - далеко не всегда играет доминирующую роль.
Во многих случаях здесь первое место принадлежит различной степени культурности.
У немцев мы видели лучший скот, лучшие урожаи, лучшее сено, но у немцев есть свои инструктора полеводства, огородничества и скотоводства. Это - их грамотность, культурность, возможность осмысленно ориентироваться в новых условиях жизни, прочитать книжку, сельскохозяйственную газету или брошюру, иногда даже просто семенной каталог. У русских переселенцев Кулундинской степи нет такого инструктирования и - надо сказать - нет и иного, в лице специальных правительственных агентов; по крайней мере, так было в момент производства статистических работ.
Немцы присматриваются к окружающим условиям жизни и непрерывно изучают их. Они делают опыты с посадкой или посевом различных злаков и овощей и, при неудачах, не твердят безнадежных жалоб на "климaнт" или "солонцы", а выясняют причины неудач и - при неустрани-мости их - прекращают опыт, а при устранимости - соответственно изменяют его. Тогда как в русских поселках часто приходилось встречать хозяев, которые настойчиво, несмотря на неудачи, стараются насаждать вывезенные с родины сорта хлебов и огородных овощей, настойчиво применяют привычные им методы обработки земли, проводят прежние сроки вспашки, сева и уборки хлебов, несмотря на то, что результаты кричат о необходимости изменить их и приспособиться к специфическим местным условиям жизни...

Сборник статистических сведений об экономическом положении
переселенцев в Томской губернии. -Вып. 1. -Томск, 1913. -С. 184-188.


* Обычно у ворот дома, где имеет место острозаразное заболевание, выбрасывается черный флаг