"ИЗВЕСТИЯ ОГИК МУЗЕЯ" №10.

О. Н. А р т е м ь е в а

ТРАДИЦИОННЫЕ ПРИЧЕСКИ РУССКИХ КРЕСТЬЯН СРЕДНЕГО ПРИИРТЫШЬЯ

В языческих культах славян волосы, видимо, играли чрезвычайно важную роль. На этот факт обращали внимание многие исследователи «славянских древностей». Например, В. В. Иванов и В.Н. Топоров считают, что имя «скотьего бога» Древней Руси Велеса, одного из самых почитаемых божеств восточнославянского пантеона, связано именно с понятием «волосатый»¹. И современный этнографический материал свидетельствует о значимости представлений о волосах в системе традиционных верований – действия с волосами прослеживаются во всех обрядах жизненного цикла у русских – свадебном, родильном, погребальном² .
Не случайно даже в первой половине ХХ в. прически в русских деревнях оставались у большинства населения традиционными, а к тем, кто ломал эти традиции, относились неодобрительно – например, к мужчинам с длинными волосами, или к женщинам, которые стриглись. Сейчас эти традиции во многом утрачены, но интерес к ним в последнее время растет.
До года волосы детям не стригли, да и сейчас многие русские семьи и в деревне, и в городе придерживаются этого правила. Правда не всегда находится четкое объяснение этому запрету. В д. Новоуйка Седельниковского района Омской области нам объяснили, что у ребенка будут плохо расти волосы. На общерусском материале конца ХIХ в. мы находим и другое объяснение – чтобы ребенок беспрепятственно рос, нельзя стричь его волосы и ногти до года³ . По другой версии, если рано постричь волосы, ребенок не будет долго говорить. Кроме того, современные исследователи считают, что обряд пострига был одним из самых важных ритуалов в жизни человека, своего рода культурной идентификацией пола ребенка, определением его места в обществе, что сопровождалось и изменениями в прическе. Прическа служила признаком социального положения личности⁴ . Еще в XVIII в. обряд постригов проводился гораздо позднее – на третьем или седьмом году жизни ребенка⁵ .
Но и сейчас пожилые люди в русских деревнях вспоминают, что раньше такие изменения в прическе действительно имели место в течение всей жизни человека, в соответствии с его половозрастным статусом. После года, после первой стрижки, мальчиков начинали стричь часто, а девочкам отращивали волосики, чтобы можно было заплетать косички. Делать это начинали, когда волосики у малышки становились достаточно длинными. Чтобы они лучше росли, волосы девочкам часто мазали коровьим или репейным маслом. Мальчиков же стригли очень коротко, наголо или оставляя только маленький чубчик. Мальчики постарше носили «полечку» – очень коротко стригли волосы на голове и оставляли чуб.
Именно чуб был гордостью молодого русского парня. Его отращивали и даже закручивали. Именно кудрявый парень считался по русской традиции красавцем. В русских песнях часто поется именно о кудрявых парнях⁶ . Вот строчки местного варианта известной русской песни:
                              – Ох, Дуня румяна,
                              Да зачем любишь Ивана.
                              – Я затем люблю Ивана –
                              Голова его кудрява⁷ .
В другой песне парень описывается так: «Милый бравый, он кудрявый, конь под ним вороный»⁸ .
Традиционная прическа взрослого мужчины – стрижка «в скобку», «в кружок». Делалась она чрезвычайно просто – на голову надевали горшок и стригли. Об этом способе вспоминали пожилые люди в Седельниковском р-не Омской обл. Д.К. Зеленин, один из наиболее известных исследователей традиционной культуры восточных славян, считал эту прическу общей для восточных славян и одной из наиболее архаичных⁹ .
Кроме того, взрослые мужчины часто отпускали усы и бороду. В первой половине ХХ века даже у крестьян ношение бороды уже не было обязательным, но мы все хорошо знаем, что в начале ХVIII в. Петр I насильно сбривал бороды знатнейшим русским боярам. «Без бороды в рай не пустят», «Образ божий в бороде, подобие в усах», «Режь наши головы, не тронь наши бороды» – эти пословицы староверов, сохранившие наиболее архаические представления, наглядно показывают значение бороды для русского мужчины. С бородой же связывались и представление о мудрости. Многочисленные пословицы типа «Волос длинный, ум короткий», «Борода с локоток, а ума с ноготок» показывают, что существовало и обратное представление¹⁰.
А вот длинные волосы для русского мужчины – знак траура. В XVI-XVII вв. их носили потерявшие родных и в знак царской немилости. Женщины же в знак траура обрезали волосы¹¹. В д. Новоуйка Седельниковского района информатор сообщила, что даже молодые вдовцы могли некоторое время после смерти жены не стричь волосы и бороду – «тосковали». При этом молодые мужчины могли носить длинную бороду «как у старика». Однако долгий траур не поощрялся – «… что ж, жить-то надо».
Длинная борода, длинные волосы характерны для стариков в русской деревне – знак накопленной мудрости и понесенных утрат, вызывающий уважение односельчан.
А вот распущенные волосы у женщины допускались только в исключительных ситуациях. Д.К. Зеленин отмечает, что девушки распускали волосы для венчания, причастия (что так же является сакральным актом), похорон родителей¹². В Сибири, на Урале было плохой приметой, если дорогу свадьбе пересекал кто-то из «косматых» (священник, женщина)¹³. Одна из пожилых женщин во время беседы так высказалась по поводу распущенных волос у современных молодых девушек и женщин: «…раньше космачом-то не ходили…». Это высказывание хорошо иллюстрирует существующие нормы, в том числе в нашем регионе, и негативное отношение к женщинам с распущенными волосами еще в начале ХХ века.
Женщина имела право появиться публично с распущенными волосами крайне редко – например, во время венчания. Еще в 20-е гг. ХХ в. во многих деревнях нашей области девушки венчались непременно с распущенными волосами, часто покрытыми кисеей, или фатой, венком. Иногда невесте заплетали косу без ленты. А в конце XIX в. у нарымских старожилов до сватовства девушки чесали волосы только по праздникам, иногда через неделю, а после сватовства – каждый день и не один раз. При этом каждый раз при чесании она должна причитать о девичьем житье¹⁴.
В некоторых деревнях Омской области на второй день после свадьбы носили сор на голову молодой. Волосы у нее при этом так же должны были быть распущены.
Эти традиции имеют глубокие корни. В ХIХ в. у старожилов Нарымского края венчались девушки так же с распущенными волосами ¹⁵.
Распускание волос в фольклоре обычно предшествует свадьбе. Выражение «косу растрепали, по плечам расклали» является опосредствованным обозначением любовной связи ¹⁶. В одной из свадебных песен, записанных в нашем регионе, есть строчки:
                              …Да, русу косыньку ей растрепали
                              По плечам разложили.
Пелась эта песня после возвращения молодых из-под венца¹⁷.
Действия с волосами невесты во время свадебного обряда были чрезвычайно важны. Это ритуальное расплетение косы девушки перед венчанием и затем укладка волос в женскую прическу за свадебным столом. Именно после этого момента девушка считалась молодой. Данный обряд был широко распространен у русских и в нашем регионе. Еще один свадебный обряд – выкуп женихом косы невесты у братьев, сестер или подружек. Косу изготавливали изо льна, конопли, соломы, и передавали жениху – например, вешали на шею. В д. Новоникольское Бишкульского р-на ее можно было украсть. В д. Николаевка Марьяновского р-на ее могла заменять ветка или веник. Не случайно существовала пословица – «Коса – девичья краса»¹⁸.
А вот приговор при расплетении косы невесты в д. Вознесенка Тевризского р-на: «Русые волосыньки делю я на две косыньки – одну уж не носить». В нем очень хорошо отразилось представление о том, что прически незамужних и замужних женщин различны и строго регламентированы.
Девушки в разных деревнях могли заплетать и одну и две косы. Замужние женщины часто завивали «куфточку» – закручивали волосы и укладывали их в шишку. В Булаевском районе Северо-Казахстанской области у казаков девушки носили две косы, а женщины одну. А вот в Бишкульском районе у казаков, Муромцевском, Тевризском районе у русских крестьян-старожилов – наоборот. Волосы женщины почти всегда должны были быть уложены в прическу, а у замужних еще и покрыты головным убором. Формы русских традиционных головных уборов очень разнообразны – это и кокошник, и кичка, и сорока, и шамшура. Как правило, все они богато украшались золотым шитьем, жемчугом, бисером¹⁹. Головной убор являлся оберегом, а его ношение можно рассматривать как ритуал. В конце ХIХ, а особенно в первой половине ХХ в., происходит достаточно быстрое исчезновение древних форм головных уборов, им на смену приходит платок. Но еще в начале ХХ века в д. Лисино Муромцевского р-на женщины по праздникам одевали старинные кички. А в Крутинском районе в 1926 г. Шуховым была собрана коллекция женских головных уборов, хранящаяся в ОГИК музее.
Особые прически существовали на русском Севере у старых дев, вдов и согрешивших до брака девушек. Последних называли «покрытками». Они носили распущенные волосы, покрытые платком – прическа ни девушки, ни женщины, скорее невесты во время венчания²⁰.
В русской традиции самокрутье – убирать волосы по-бабьи – для девицы – грех, практически такой же, как простоволосость для замужней женщины. Не случайно в охранительных заговорах упоминаются баба-простоволоска и девка-самокрутка как представители демонических сил²¹.
В первой половине ХХ в., когда в деревне влияние городской культуры резко усилилось в деревне, стали распространяться новые представления о красоте, старшие женщины – мать, свекровь – часто запрещали молодым обрезать волосы. Так в с. Архангельском Бишкульского р-на зафиксирован рассказ о женщине, у которой умер сын, после того как она обрезала волосы. В с. Петрово Тевризского р-на пожилая женщина сообщила, что в начале 50-х годов ХХ в. мать запрещала отрезать волосы ее подруге. Такие запреты не были случайными. Было широко распространено представление о том, что волосы женщины и их состояние связаны со здоровьем и семейным благополучием женщины. Повсеместно нам рассказывали былички о том, что домовой плетет волосы женщинам – либо тем, кого любит, либо – наоборот, выражая неодобрение хозяйке. Домовой, как известно, относится к духам-покровителям, возможно, этот образ в русской мифологии связан с предками-пращурами²². Показательно, что контакт, общение с ним происходит именно через волосы.
Не менее значительную роль играли волосы и в родильной обрядности. В д. Вознесеновка Бишкульского района при тяжелых родах волосы распускала не только сама роженица, но и ее родственники. Кроме того, для беременных тоже существовали запреты: женщина не должна стричь волос: «Трудно рожать будет», а также выводить вшей из волос: «Какая-либо порча пристанет» ²³.
Ритуальные действия с волосами прослеживаются и в похоронном обряде. В с. Новоникольское Бишкульского района женщин хоронили с распущенными волосами, а в с. Архангельском того же района женщины не должны были заплетать волосы, когда находились вместе с покойным.
Кроме указанных случаев, распускали волосы девушки во время гадания, но это делалось в узком кругу, без свидетелей.
Таким образом, у русских Среднего Прииртышья в первой половине ХХ в. сохранились многие очень архаичные представления, связанные с волосами – мужской и женской силе, красоте, мудрости, счастье. При этом у женщин большее значение придавалось волосам на голове, у мужчин – бороде и усам. Поэтому прическа являлась не только одним из способов ухода за телом, но и являлась знаком, указывающим на возрастной и социальный статус индивида, определялась традицией, сложившейся в течение не одного столетия, и в связи с этим была жестко регламентирована. Эта традиция имела тесную связь с обрядностью и мифологией, уходя корнями в общеславянскую древность.

"ИЗВЕСТИЯ ОГИК МУЗЕЯ" №10.