"ИЗВЕСТИЯ ОГИК МУЗЕЯ" №10.

Т. А. Терехина

К   К ВОПРОСУ О РАБОТЕ МЕСТНЫХ ОРГАНОВ ВЛАСТИ
В ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ УСЛОВИЯХ (ДЕКАБРЬ 1921 г. – МАЙ 1922 г.)

Во второй половине ноября 1919 г. вся территория современной Омской области была занята частями Красной армии. Сразу же после этого началось восстановление органов Советской власти. Фронт работ был необъятен, тем более, что борьба с экономическим и идеологическим хаосом усугублялась эпидемией тифа. Говоря об эпидемии тифа на Востоке, в своем докладе Совнаркома на седьмом Всероссийском съезде В.И.Ленин сказал: «Либо социализм победит вошь, либо вошь победит социализм». Социализм был настолько слаб, а эпидемия принимала такие угрожающие масштабы, что зарождающаяся сибирская государственность вынуждена была во главу угла поставить лозунг «Все на борьбу с тифом!».
В наследство от колчаковской армии Сибирь получила десятки тысяч больных, голодных и раздетых солдат. Рассыпавшись по всей Сибири, по пути бегства, колчаковские солдаты заразили тифом все местечки, города. Были варварски уничтожены и разграблены медицинские учреждения, увезен весь инструментарий, белье, сколько-нибудь ценное имущество, заразные больные распущены по домам, уведен весь медицинский персонал. Сложившаяся ситуация наиболее ощутимо отразилась на Омске – крупном железнодорожном центре Сибири. Сюда постоянно приходят и отсюда отправляются войска. Десятки тысяч больных снимаются с поездов и рассредотачиваются в городе и его окрестностях, вовлекая в число заболевших городское и сельское население. Достаточно сказать, что только за последнюю неделю ноября 1919 года количество заболевших из числа гражданских лиц увеличилось с 90 до 230 человек.
Город оказался совершенно не подготовленным к борьбе с тифом. Усилиями отдельных ведомств невозможно противостоять этой заразе. Именно в декабре 1919 года Сибревкомом и Реввоенсоветом Пятой армии создается чрезвычайная комиссия по борьбе с тифом (далее – ГЧКТ), которая просуществовала до апреля 1920 г. и была ликвидирована по причине спада тифозной эпидемии.
Вместе с тем было очевидно, что эта победа над тифом – только временное отступление заразы. До тех пор, пока остаются основные условия возникновения эпидемий, – эпидемии неизбежны. Антисанитарные условия жилищ, скученность, отсутствие элементарных гигиенических знаний и санитарно-просветительных мероприятий, а также нехватка лазаретов, больниц, дезинфекционных станций, бань – все это неизбежно приведет к новой вспышке эпидемии.
И она не заставила себя долго ждать. Зимой 1921 года стало резко увеличиваться количество заболевших тифом. Положение Омской губернии становится настолько ужасающим, что она признается одной из самых неблагополучных губерний Сибири в санитарно-эпидемиологическом отношении¹. Сибревком убедительно рекомендует объединить усилия ведомств и организаций и под руководством губернской чрезвычайной комиссии по борьбе с тифом вновь начать борьбу с эпидемией.
7 декабря 1921 года стало датой второго рождения ГЧКТ, просуществовавшей до 8 мая 1922 года. Именно этому периоду ее работы мы уделим большее внимание, основной причиной чего является тот факт, что полученная на полтора года после первой волны эпидемии тифа передышка позволила должностным лицам сделать выводы, учесть ошибки и подготовиться к планомерной работе органов местного самоуправления по ликвидации очередной эпидемии.
Борьба с коварным врагом регулярно освещалась в газетах «Советская Сибирь» и «Рабочий путь». Так, 22 декабря 1921 года газета «Советская Сибирь» опубликовала Обязательное постановление Омской губернской чрезвычайной комиссии по борьбе с эпидемией тифа, в котором изложены основные принципы работы, полномочия ГЧКТ, ответственность лиц, не подчиняющихся законным требованиям, подписанное председателем ГЧКТ Тиуновым² .
Эмоциональные призывы, воззвания со страниц газет нацеливают на беспощадную борьбу с тифом: «Тиф подрывает наши силы, необходимые для борьбы с контрреволюцией», «Каждый врач должен отдать все свои силы на борьбу с тифом, превозмочь себя, иначе он не выполнит своего долга!».
Регулярно идут сообщения, сводки губздравотдела, рекомендации по профилактике эпидемии. Нередки сообщения и такого порядка: «Умер гл. врач 10 Омского эпидемгоспиталя М.Н.Купенко», «Умер от сыпного тифа зав.облотделом Управления Сибревкома Н.Н.Карташев»… Тифозный бич не щадил никого… Наиболее весомые решения ГЧКТ, а проводились его заседания дважды в неделю – в среду и субботу, – тоже публиковались в средствах массовой информации.
Основным организационно-распорядительным документом, определяющим направления деятельности ГЧКТ, является инструкция Омгубисполкома и Губчекатифа, которая была доведена до сведения членов ГЧКТ на очередном заседании 12.12.1921³ .
В ней, в частности, говорилось, что ГЧКТ не имеет своего постоянного аппарата управления, а формируется из числа должностных лиц различных ведомств и учреждений, наделенных всей полнотой власти. По факту ликвидации эпидемии ликвидируется и созданная на данный момент структура.
ГЧКТ, согласно инструкции, является подотчетным губисполкому распорядительным органом и обладает правом издания обязательных для всех учреждений и лиц постановлений в области борьбы с эпидемией тифа. Особо подчеркнуто, что виновные в неисполнении постановлений и распоряжений предаются суду Ревтрибунала. Оговорено денежное содержание, штаты; (необходимые средства отпускаются по сметам, утвержденным Сибревкомом)⁴ , а также указано, что, кроме Губчекатифа и Учекатифа, никаких других комиссий по борьбе с тифом в губернии не образуется.
На этом же заседании утверждены секции при ГЧКТ: хозяйственно-финансовая, лечебно-госпитальная, железнодорожная, санитарно-эпидемическая, санитарно-просветительная, назначены их руководители из числа специалистов по данному профилю деятельности.
Такая жесткая регламентация и централизация функций объяснялась не только огромным количеством заболевших, но и массой проблем, возникающих в ходе борьбы с тифом. В первую очередь это недостаточное финансирование на нужды ГЧКТ, нехватка лечебных учреждений и медперсонала для изоляции заболевших, а также медикаментов и оборудования в больницах, госпиталях, изопропунктах, недостаток продовольствия для больных и служащих, недопустимые перебои в работе бань, прачечных, дезотрядов.
Борьба с эпидемией усложнялась тем, что Омск являлся крупным железнодорожным узлом, через который проезжает много неблагополучных по тифу людей. «Распоряжением Наркомпути 20 тыс. голодающих Поволжья должны быть переброшены в Сибирь, из них до 50 % больных»⁵ .
В Сибревком и Сибчекатиф с грифом «Срочно по тифу» идут записки по прямому проводу, телефонограммы о нехватке средств для работы изопропункта (запрошено 600 млн. руб., отпущено 150 млн. руб.)⁶ . Из-за отсутствия финансирования задерживается оборудование новой инфекционной больницы⁷, из запрошенных хозяйственно-финансовой секцией 2 млрд. руб. получено только около 20 млн. руб.⁸
Катастрофически не хватало медперсонала, в результате чего было решено «С 03.12.1921 студентов I-II курсов Западно-Сибирского мединститута мобилизовать на работу по эпидемии тифа»⁹. К лицам, саботировавшим борьбу с эпидемией, применялись жесткие санкции. Так, в адрес Омгубмилиции из ГЧКТ поступает служебная записка о привлечении к ответственности пяти работников санобоза за неисполнение служебных обязанностей¹⁰.
Между тем условия работы для медперсонала былы невыносимы. Отсутствовало должное количество продуктов. Так, в декабре, в самый пик эпидемии, на 3300 медслужащих отпущено 1650 пайков, причем норма пайков урезана на треть.
Не лучше ситуация и со снабжением продовольствием больных: на 4800 человек отпущено 2500 пайков¹¹. Катастрофически не хватало лечебных учреждений: в г. Омске на 01.12.1921 г. существовало 550 инфекционных коек¹², при том, что в город ежедневно прибывают по железной дороге сотни больных. Не менее тревожные сигналы поступают и из уездов. «На ст. Исилькуль прибыл рабочий поезд № 112, в котором обнаружено до 200 чел. больных сыпным и возвратным тифом. Снято 15 трупов. На ст. Петропавловск стоит восьмой день эшелон № 104, зараженный тифом¹³. В Татарском Доме принудительных работ в камере выздоравливающих лежит мертвый ребенок. В женской камере из шести трое – больные. Нет мертвецкой. Трупы в беспорядке сваливаются в сарай¹⁴ .
Отсутствие помещений для изоляции больных заставляет ГЧКТ принимать экстренные меры: начинается использование курортов «Карачи», «Чистоозерное», «Боровое» под тифозные больницы¹⁵, для этих же целей перепрофилирован Губпоказтеатр (клуб им. Троцкого) на 250 коек¹⁶.
В функционирующих лечебных учреждениях не хватает белья, инвентаря, теплого обмундирования. Так, нательного белья по Губздраву имеется лишь ј комплекта на койку, постельного белья – два комплекта вместо трех¹⁷. Из Татарского Учекатифа сигнализируют о полном отсутствии постельных принадлежностей, мануфактуры, тарелок, плевательниц, кружек Эсмарха и т.д.¹⁸
А Славгородский Учекатиф из-за невозможности изолировать больных 26.01.1922 издал следующее постановление: «Ввиду недостатка кроватей для оборудования тифозных бараков объявляется принудительное изъятие кроватей: всем гражданам, имеющим более двух кроватей на семейство, остальные сдать Уздраву. Имеющие по две кровати на двух душ – по одной сдать Уздраву. У лиц, добровольно не сдавших кровати, таковые будут конфискованы»¹⁹. С большими перебоями работают бани; закрылись бани Варламова и Мариупольского²⁰, дезинфекция и дезинсекция стоят не на должной высоте, работают с перебоями ввиду недостатка то в топливе, то в лошадях²¹. Само собой разумеется, что с этими проблемами руководство совучреждений и организаций обращалось в ГЧКТ. И вряд ли эти злободневные вопросы решались, если б Сибревком не наделил комиссию чрезвычайными полномочиями, вплоть до предания виновных суду²². Жесткое время требовало жестких решений…
Поистине героическая, самоотверженная работа медиков, железнодорожников, строителей, коммунальщиков под руководством ГЧКТ постепенно давала свои результаты. С ноября 1921 г. по май 1922 г. только в Омске удалось развернуть лечебно-госпитальную сеть на 2010 коек (при существовавших ранее 550 коек)²³. Аналогичная работа велась в уездах, где скопилось огромное количество голодающих беженцев. Так, в Татарском уезде все 545 существовавших коек превращены в инфекционные, в Славгородском – 740 коек также использовались для больных тифом²⁴.
В целом же с начала эпидемии в Омской губернии госпитализировано 9600 больных, причем смертность от тифа доходила до 20 – 21,5 %²⁵.
К маю согласованными усилиями совучреждений и организаций удалось снизить число заболевших. И если в январе количество больных по губернии составило 8069 чел., то в феврале уже 7870 чел., в апреле – 4024 чел. А 8 мая 1921 г. состоялось последнее заседание ГЧКТ, на котором были подведены итоги работы комиссий, ведомств и принято постановление о ликвидации чрезвычайного органа в связи со значительным сокращением заболеваемости тифом.

"ИЗВЕСТИЯ ОГИК МУЗЕЯ" №10.